Развитие лингвистики никогда не было плавным и постепенным. Революции сменялись периодами затишья, когда учёные лишь накапливали материал и совершенствовали научные методы. Менялись и приоритетные проблемы. Нередко вопросы, которые в од1гу эпоху считались «ненаучными» или «нелингвистическими», в другую оказывались в центре внимания. Но ни одна существенная проблема не уходит из науки насовсем, даже если она надолго выпадает из поля зрения лингвистов. Европейская наука занималась синхронным анализом языка начиная с античное™ и кончая трудами типа «Грамматики I lop-Рояля», но в XIX в. такой анализ перестали считать научной проблемой, и исследователи переключились на вопросы истории языков. Однако с начала XX в. ученые вновь стали отдавать предпочтение исследованию современных языков. Проблема «язык и мышление» активно обсуждалась с античных времён до конца XIX в., но структурная лингвистика XX в сняла её с повестки дня, а загем Ноам Хомский снова к ней обратился. Вопрос о том, в какой степени язык определяет картину мира, впервые поставленный Вильгельмом фон Гумбольдтом, затем оказался на обочине лингвистики, а сейчас он, как и прежде, занимает учёных.
При этом лингвистика, безусловно, продолжает идти вперёд. Обращаясь к оставленным на время вопросам, она изучает их на новом, более высоком уровне. Так что развитие лингвистики, как и другах наук, — это не колебания маятника, а движение вперёд, хотя и не по прямой, а как бы по спирали.