Над одной шуткой хохочут во всё горло, другая вызывает лишь тонкую усмешку. Это не значит, что первая лучше второй. Смех бывает очень разным, и за ним могут стоять самые различные чувства — от веселья до презрения.
Бывает, что речь пронизана юмором, но вызывает он именно улыбку, а не хохот: «Крис посмотрел на меня с видом верблюда, забывгиего дорогу к ближайшему колодцу» (Дж. Дарелл).
Иронией (греч. «eironeia» — «притворство») называют приём, когда смешное скрывается под маской серьёзного: «По обычаю своего времени, Святополк начал с убийства братьев, чтобы заслужить уважение народа» («Всеобщая история, обработанная „Сатириконом"»).
Если ирония сочетает насмешку с презрением и гневом, она превращается в сарказм (греч. «sarkasmos» от «sarkazo» — «рву мясо»). Саркастична эпиграмма Дениса Давыдова «Генералам, танцующим на бале при отъезде моём на войну 1826 года»:
Мы несём едино бремя, Только жребий наш иной: Вы оставлены на племя, Я назначен на убой. Ирония может быть вполне добродушной (как в «Старосветских помещиках» Н. В. Гоголя), сарказм же всегда оружие cam upы. Юмор смеётся, сатира высмеивает-
С иронией связан и пародирующий, «передразнивающий» юмор. Он част о выбирает своим объектом то, что навязло в зубах: банальные истины, образы официальной пропаганды. Не случайно целые серии анекдотов связаны с образами Василия Ивановича Чапаева — одного из самых «раскрученных» совегских героев, — и мальчика Вовочки, напоминающего о детских рассказах из цикла «Котда был Ленин маленьким >>. Особенно часто пародируются герои популярных фильмов, поручик Ржевский, контрастирующий с романтическим образом гусара, или склонный к глубоким размышлениям советский разведчик Штирлиц: Штирлиц посмотрел на окно явочной квартиры. Там стояло 78 утюгов. «Явка провалена», — догадался Штирлиц.
Социально значимый, политический юмор тоже близок к сатире. Вот один из ярких анекдотов «эпохи застоя». Русский говорит американцу: «Ну чему вас жизнь лучше?>>. Американец отвечает: «Я могу, например, подойти к Белому дому и крикнуть: „Президент США — старый идиот!" — и мне ничего не будет. Русский говорит- «Подумаешь/ Я тоже могу выйти на Красную площадь и крикнуть: „Президент США — старый идиот/" — и мне ничего не будет».
Впрочем, любой юмор, прямо не санкционированный властью, так или иначе работал против неё (даже абстрактный): он как бы создавал пространство, свободное от идеологии (повсеместной в те времена):
По реке плывёт корова, Та корова в пиджаке... А кому какое дело, Чей пиджак она гигдела?
Расцвет абстрактного юмора часто бывает связан с особым периодом в жизни общества, когда смещаются все ценности, меняется смысл слов, нормой становятся ложь и языковое манипулирование (см. статью «Язык и власть») В таком «перевернутом» мире абсурд, как ни странно, — заповедник здравого смысла, способ обрести почву под ногами. В 30-х гг в Советской России существовало общество ОБЕРИУТов. В него входили поэты-мастера абсурдного юмора. И. М Олейников, Д И Хармс, А. И Введенский. И хотя сами они были уверены, что занимаются только литературным экспериментированием, бдительный НКВД считал иначе-Ещё одно порождение периодов абсурда в жизни общества — «чёрный юмор», прежде всего популярные среди школьников «страшилки»:
Нету картины печальней на свете: Clneea пол-Пети и справа пол-Пети.
В них человеческая жизнь ничего не стоит, взрослые губят детей советами, а дети весело взрывают целые школы и уничтожают деревни. При этом лучшие из «страшилок» действительно очень смешны. Юмор этого типа изучен мало, и учёным ещё предстоит ответить на вопрос, почему такой юмор нужен детям, что в мире взрослых людей кажется им так прочно связанным с образом смерти
Способность мыслить, которая отличает людей от животных, неразрывно связана с даром слова и даром юмора' язык позволяет облекапз мысль в форму и передавать другим, а юмор даёт возможность посмотреть на ситуацию и самого себя со стороны Не случайно одно из определений человека — «животное, которое смеётся» Плиний Младший говорил «Когда же. смеюсь, веселюсь, играю, я — человек».