А как же слова первый, второй, третий и т. д.? В школьной грамматике их называют порядковыми числительными. Но для признания их числительными с грамматической точки зрения нет оснований. Они ничем не отличаются от прилагательных: и склоняются так же, и согласуются с существительным в роде, числе и падеже. Поэтому в научных трудах по грамматике эти слова называют порядковыми прилагательными. Вместе с количественными числительными они образуют составные порядковые обозначения, причём порядковое прилагательное всегда идёт последним: тысяча девятьсот девяносто седьмой год. В таких сочетаниях полагается склонять только прилагательное: после двести пятьдесят шестой встречи, на триста пятьдесят второй странице, в тысяча девятьсот девяносто седьмом году, в две тысячи двести тридцать первом году и т. п. Однако в речи нередко возникают ошибки. Говорят, например: к ста восьмидесяти пятой годовщине, трёхсот четвёртая встреча, четырёхсот пятидесятую страницу и т. п. Это происходит потому, что на составные порядковые обозначения распространяют правило, которое относится только к составным количественным числительным, — склоняют каждую часть (его, как известно, часто нарушают в речи). Вот и получается, что, с одной стороны, не склоняют там, где нужно, а с другой стороны, склоняют там, где это совсем не нужно!
В заключение вернёмся ещё раз к началу нашего разговора о числительных. Мы привели ряд слов с количественным значением и обнаружили среди них такие, которые обладают особыми грамматическими свойствами. Они выделяются в особую часть речи — числительные.
Прочие слова оказались обычными существительными, и среди них слово тысяча. Однако иногда это слово ведёт себя как числительное. Например, у Е. А. Баратынского в поэме «Бал>>:
Пылает тысячью огней Обширный зал...
В стихотворении Г. Р. Державина «Шуточное желание» находим:
Если б милые девицы
Так могли летать, как птицы,
И садились на сучках, —
Я желал бы быть сучочкам,
Чтобы тысячам девочкам
На моих сидеть ветвях.
И наконец, Лев Толстой в романе «Война и мир» писал: «...Ней с своим десятитысячным корпусом прибежал в Оршу к Наполеону только с тысячью человеками, побросав и всех людей, и все пушки...».
Как можно объяснить сочетания тысячам девочкам, тысячью человеками и саму форму тысячью? Эти примеры показывают «стремление» существительного тысяча стать числительным. Творительный падеж тысячью возник по образцу числительных пять — тридцать (пятью, двенадцатью, двадцатью). В первом примере синтаксически форма тысячью сохраняет свойства существительного (управляет формой родительного падежа — огней), а в третьем примере, подобно числительным, согласуется с творительным падежом — человеками (сравните: с пятью человеками). Во втором примере дательный падеж тысячам, тоже согласуется с существительным девочкам, (сравните: двум девочкам); существительное тысяча потребовало бы родительного падежа (тысячам девочек).
Однако всё же вряд ли слову тысяча когда-нибудь удастся превратиться в числительное. Ведь строки державинского «Шуточного желания» были написаны очень давно, и с тех пор тысяча ни на шаг не двинулась дальше по этому пути...